Автор: Карина Черникова, мастер игры Лила, амбассадор клуба «64 ГРАНИ», организатор нетворкингов и авторских мероприятий, автор журнала «64 ГРАНИ»
В своей статье я приглашаю вас на честный разговор об удивительном инструменте самопознания, которым стала для меня игра Лила. Если говорить о ней вскользь, то она вызовет больше вопросов, чем ответов. Кто-то путает ее с гаданием, кто-то вообще не понимает, причем здесь игра, если речь идет о серьезных жизненных запросах.
На самом деле Лила — это древняя индийская игра-модель. Своеобразная карта пути сознания человека, оформленная в виде игрового поля. Само слово līlā переводится как «божественная игра», напоминая о том, что вся наша реальность есть игра Абсолюта, а человеческая жизнь — ее фрагмент.
Изначально это был инструмент обучения и созерцания, а не развлечения. Да и сейчас не стоит к ней относиться легкомысленно, все-таки древние знания не на пустом месте создавались.
СВЕТСКАЯ ЛИЛА
Классический формат Лилы — это долгий процесс. Иногда он занимает до двенадцати часов и требует серьезного погружения. Я же осознанно выстроила и внедрила формат светской Лилы — адаптированной под ритм большого города и современных людей.
Я живу в этом ритме и работаю с людьми, у которых нет лишнего времени и ресурса. Предприниматели, эксперты, женщины в активной социальной жизни — мы ценим глубину, но не готовы тратить ее впустую.
Поэтому мои игры проходят в камерном формате, в красивом пространстве, за чашкой чая. Без затянутых процессов, без ощущения, что «сейчас будет тяжело», с уважением к запросу, внутренним состояниям и реальной жизни человека.
Как проводник я помогаю сформулировать запрос и увидеть инструкцию к изменениям. Для меня важно, чтобы после игры человек уходил не с абстрактными инсайтами, а с ясным ощущением того, что с ним происходит и какой его следующий шаг.
Когда я сама погружалась в философию Лилы, мне было важно понять, почему она работает. И ключевым оказался именно формат игры.
Наш ум прекрасно умеет сопротивляться: анализировать, спорить, обесценивать, откладывать. А в игре этот контроль ослабевает. Я бросаю кубик и смотрю, куда он попал. Игра словно обходит голову и дает возможность сначала почувствовать.
Поле, кубик, клетки — это не просто атрибуты. Это структура и опора. Есть границы, есть шаги, есть логика движения. И в этом месте психике становится безопасно — можно исследовать себя честно и спокойно.
Для меня Лила — не про «правильные ответы» и не про попытку стать лучшей версией себя. Это про честную встречу с тем, где ты находишься сейчас.
КОГДА ПОЛЕ НАЧИНАЕТ ГОВОРИТЬ
В Лиле есть очень показательный момент — войти в игру можно только тогда, когда на кубике выпадает шесть. Иногда это происходит сразу, иногда — нет. Поле будто предлагает остановиться и еще раз прислушаться к себе. Здесь соединяются философия Лилы и мой стиль ведения. Я не интерпретирую за человека и не подсказываю «как правильно», я задаю вопросы.
Часто первые запросы звучат «от ума». А уже в процессе появляется более честная версия того, чего человек на самом деле хочет.
Мне самой было непросто подступиться к Лиле. Она появлялась в моей жизни и снова исчезала. Сейчас я понимаю — это было сопротивление. Вопросы уже назрели, а внутрь идти страшно.
Мой запрос тогда был простым: понять, куда двигаться дальше. Я проживала кризис самоопределения и думала о классической терапии, но сама мысль о многочасовой глубокой работе вызывала напряжение. Я больше про действия. Лила стала для меня навигатором, по которому можно двигаться. С этого и начался мой путь проводника.
С КАКИМИ ЗАПРОСАМИ ПРИХОДЯТ В ЛИЛУ
В Лилу почти никогда не приходят сразу с настоящим запросом. Чаще всего он звучит аккуратно и рационально от ума: «Хочу свободы», «Хочу проявленности», «Хочу масштабироваться».
И это нормально. Так мы привыкли формулировать желания — безопасно, без риска. Но поле почти всегда показывает: это только верхний слой.
Однажды ко мне на игру пришла девушка с запросом про свободу. Свободу в решениях, в жизни, в выборе. На поле довольно быстро стало видно: речь совсем не о побеге и не о разрыве, а о страхе сделать осознанный шаг навстречу близости и ответственности за свой выбор, и как следствие потере свободы. Но какой? Через пару дней после игры она написала мне: «Я сказала ДА! Мы подали заявление в ЗАГС».
КОГДА ПОЛЕ УСКОРЯЕТ ПРОЯВЛЕННОСТЬ
Еще один частый запрос — проявленность. Причем приходят с ним очень по-разному: эксперты, предприниматели, люди, которые давно «созрели», но все никак не решаются сделать шаг.
На одну из игр пришли две девушки-эксперта с похожими формулировками: «Мы хотим проявляться, но не понимаем — где и как».
Уже в процессе игры стало очевидно, что дело не в стратегиях и не в контенте, а в разрешении быть видимыми и занимать место среди равных. Прямо во время игры они записались на ближайшие нетворкинги — не потому что «надо», а потому что внутри появилось спокойное «можно».
ЗАПРОС ПРО МАСШТАБ И ДЕЛЕГИРОВАНИЕ
Ко мне на игру пришла участница с запросом: «Хочу масштабировать команду, но не понимаю, что оставить себе и как делегировать». На поле быстро стало видно: проблема не в планах или стратегиях, а в доверии к себе и к другим. В процессе игры она увидела, где удерживает контроль и что можно передать команде. Буквально через несколько дней она внедрила новые правила делегирования, распределила задачи, а еще через неделю команда начала работать иначе, а у нее освободилось время для стратегических решений.
ЧТО МЕНЯЕТСЯ В ЖИЗНИ ПОСЛЕ ИГРЫ
После игры меняется взгляд на себя и на ситуацию. То, что раньше воспринималось как тупик или проблема, теперь выглядит иначе. Постепенно начинают меняться решения и действия. Человек, вдруг, видит: «А я могу вот так», «А здесь у меня есть выбор», «А раньше я даже не смотрел в эту сторону».
После игры не обязательно сразу менять всю жизнь, гораздо важнее маленькие шаги. И мне, как проводнику, важно, чтобы все, что проявилось, не осталось просто красивым осознанием. Поэтому мы всегда фиксируем, что человек понял, чего он хочет, какие решения для себя увидел.
КАК ВЫБРАТЬ СВОЕГО ПРОВОДНИКА
Лила не заменяет психотерапию, тренинги или другие глубинные практики. Этот инструмент не пытается быть «всем сразу», поэтому работает честно. Особенно, если вы нашли своего мастера игры.
Если на поле появляется страх спросить или ощущение, что вы «не так поняли», скорее всего, это не ваш проводник. Потому что трансформация происходит не тогда, когда вам что-то объяснили, а тогда, когда вы сами дошли до понимания. И это чаще всего становится тем самым фактором, из-за которого люди возвращаются к конкретному мастеру.
КАК ПОНЯТЬ, НУЖНА ЛИ ВАМ ЛИЛА
Если внутри есть ощущение, что вопросы накопились, а привычные способы думать о них больше не работают, игра может стать тем самым мягким входом. Она позволяет идти вглубь в своем темпе, с уважением к себе и к тому пути, который уже пройден.
Карина Черникова - мастер игры Лила, амбассадор клуба «64 ГРАНИ», организатор нетворкингов и авторских мероприятий